Деятельность

Газета «Правда». Топливно-энергетическому комплексу — новую реальность!

89

Просмотров

25.03.2022

Опубликовано

Деятельность

Категория

Поделиться публикацией

Фракция КПРФ в Госдуме провела парламентские слушания на тему «Об актуальных вопросах развития топливно-энергетического комплекса (ТЭК) Российской Федерации».

Вместе с депутатами-коммунистами в Малом зале парламента собрались руководители предприятий ТЭК, энергетики, видные учёные и общественные деятели, чтобы обсудить перспективы развития этой важнейшей отрасли хозяйства и накопившиеся за последние десятилетия в ней проблемы, найти ключи к их решению.

Публикуем некоторые выступления участников этих слушаний.

Залог развития и побед

Николай КОЛОМЕЙЦЕВ, первый заместитель руководителя фракции КПРФ в Госдуме:

— В условиях сложившейся ситуации наиболее остро стоят вопросы, от которых зависит российский бюджет, в первую очередь его наполнительная составляющая и большая часть взаимоотношений.

Если смотреть исторически, то самые мощные рывки совершали страны, которые последовательно сначала создавали инфраструктуру энергетики, а уж потом на её основе строили весь народнохозяйственный комплекс. Очень показательна в этом плане молодая Советская республика.

Напомню, что Владимир Ильич Ленин и Советское правительство были инициаторами реализации плана ГОЭЛРО. Тогда один известный американский писатель, побывав у нас, назвал Ленина «кремлёвским мечтателем». А когда через 18 лет он вернулся в Советскую Россию и по предложению Сталина проехался по стройкам Советского Союза, то уже восторженно докладывал американскому президенту: то, что происходит у них, — просто поразительно! Почему? Да потому что развитая энергетика позволила построить более 9 тысяч заводов и, в принципе, обеспечить нашу Победу в Великой Отечественной войне.

Помнится, на одном из петербургских форумов президент нашей страны заявил о построении сырьевой империи, хотя многие специалисты утверждают, что сырьевых империй не бывает, а бывают лишь сырьевые колонии. Мы потратили огромные деньги сначала на «Голубой поток» в Турцию. А турки говорят: по такой цене брать не будем. Потом бросили деньги на «Северный поток-1», затем — на «Южный поток», построили первую очередь газопровода «Сила Сибири»… Да, это экспортные возможности… Но, вообще-то, процветает только та страна, которая торгует не сырьём, а конечными изделиями. И здесь очень важны вопросы переработки углеводородов, построения современной химической промышленности, которая, к сожалению, у нас сегодня неразвита.

Взять нынешнюю структуру минэнерго, где всех собрали под одной крышей. Департаменты там состоят всего из 10—15 человек, в то время как в советские годы у нас были отдельные министерства. И рядом с каждым было от 18 до 30 научно-исследовательских и прикладных институтов, которые занимались непосредственно разработкой технических условий и проектов, их реализацией, сопровождали авторские разработки. В структуре министерства не было ни одного человека, который не прошёл бы всю карьерную цепочку на отраслевом поприще и чётко не представлял, что ему поручено, какова последовательность его решений, какова его ответственность.

А сегодня мы пришли к чему? Была Единая энергетическая система, что позволяло нам в принципе иметь самый прочный фундамент. Её после реформирования назвали РАО «ЕЭС России» и расчленили на 262 территориальные системы. И получалось так, что в некоторых субъектах было по три отдельные части этих систем и действовало три тарифа. Понимаете? Вот поставьте себя на место местного руководителя, у которого три тарифа, необъяснимые в принципе. А это очень влияет и на все обрабатывающие отрасли, на всё народное хозяйство, так как в любом современном производстве энергетика занимает ключевую роль. Прежде всего она влияет на себестоимость производимой продукции, а это уже конкурентоспособность... Но мы всё дальше от цельного управления этим важным элементом.

А что с выходом на IPO многих компаний? У нас ведь что произошло? «Газпром» нам пока пополняет бюджет значительными ресурсами, но 49 процентов его акций принадлежат собственникам американских депозитарных расписок. Только за 2020 год они получили прибыли 300 миллиардов. А во время кризисов хоть один цент владельцев этих расписок привлекли? Посмотрите на Роснефть, где из 11 членов совета директоров 8 — иностранцы. Опять же, если мы посмотрим их дивиденды, то они значительны.

В ситуации проведения специальной военной операции есть возможность выработать новые механизмы управления энергетикой и построения всего народно-хозяйственного комплекса. И если мы это быстро не сделаем, то, к сожалению, нас могут ждать большие проблемы.

Без контроля нет эффективности

Булат НИГМАТУЛИН, генеральный директор Института проблем энергетики:

— За тридцать последних лет Россия увеличила свой ВВП в 1,2 раза, тогда как остальной мир — в среднем в 2,2 раза. Например, Польша — в 2,8 раза, США — в 2, Германия — в 1,5 раза. Про азиатские страны я уже не говорю. Мы сильно за эти годы отстали. Перестройка и развал СССР привели к тому, что Россия из кризиса 1990 года практически так и не вышла.

Среднегодовые темпы нашего экономического роста за последние шесть лет — 0,9 процента, а в Польше — 4,2, в новых странах Евросоюза — 3,5 процента, в Соединённых Штатах — 2,4, в мире — 2,8 процента.

Хочу сказать о четырёх важнейших параметрах макроэкономики страны. Валовое накопление основного капитала — это движущая сила экономики. Взять 2020 год. В постоянных ценах 1990-го у нас валовое накопление основного капитала, то есть то, что вкладывается в основные средства, соответствует 1992-му либо 2008 году. И с 2008 до 2020 года оно практически не выросло. Отсюда не наблюдается и рост экономики.

Дальше — первичное энергопотребление. Сегодня оно в нашей экономике на 17 процентов меньше, чем в 1990 году. На уровень начала 90-х мы вышли лишь в 2016 году, а в 2020-м опять вернулись под планку 1990 года.

ТЭК — основной двигатель наших экспортных доходов. Так вот, в объёме экспорта товаров и услуг, который составлял в 2021 году примерно 480 миллиардов долларов, около 60 процентов — это поступления от продажи за рубеж нефти, нефтепродуктов, газа и угля.

Если цены на нефть останутся те же, что и сегодня, — 120 долларов за баррель, а газ по долговременным контрактам примерно около 500 долларов, то годовая выручка составит 460 миллиардов долларов. При обязательной продаже 80 её процентов останется 370 миллиардов. Это та подушка, которая позволит вернуть уровень цен за доллар к 80—90 рублям. Вот потому так и заёрзало сейчас руководство наших бывших западных партнёров, пытаясь ограничить покупку российской нефти и газа в Европе и в других странах.

Им в этом году это сделать, скорее всего, не удастся, потому что без нашей нефти и газа подскочат мировые цены на них, что вызовет большой экономический кризис на планете. Оттого я достаточно оптимистично смотрю на возврат цены доллара внутри страны к уровню третьего-четвёртого кварталов прошлого года.

Теперь об электроэнергетике. В 2021 году вдруг произошёл скачок электропотребления. С чего бы? Оказывается, он был по большей части искусственным, потому что связан с майнингом. В мире активно стали «мыть» криптовалюту, и наш экспорт увеличился, а у внутреннего потребления рост остановился на 1—1,2 процента.

Располагаемые мощности нашей электроэнергетики — 229 гигаватт, а потребление примерно 160 гигаватт. И эта максимальная электрическая нагрузка практически не растёт.

Стоит сказать и о затратах конечных потребителей электроэнергии в долях ВВП. Даже в благополучном 2019 году они в России составляли 4,3 процента. А вот в странах, где электроёмкость экономики выше, то есть затраты электроэнергии на производство 1 тысячи долларов ВВП больше, чем у нас, расходы конечного потребителя электроэнергии в среднем лишь 2,7 процента. Другими словами, там тратят на производство единицы ВВП больше, чем мы, а цена на электроэнергию для них на 37 процентов ниже. Чем это вызвано? Неограниченными аппетитами наших энергетических компаний. Никакого серьёзного контроля над их затратами, ответственности за их сверхнеэффективность в стране нет.

И здесь, чтобы исправить ситуацию, простые рыночные способы — дескать, чем дороже, тем меньше будут у них покупать, не годятся. Электроэнергия — это кислород для экономического организма страны.

Радикальные изменения необходимы

Сергей ЛЕВЧЕНКО, первый заместитель председателя комитета Госдумы по энергетике:

— Топливно-энергетический комплекс России — это основа экономики страны, всех отраслей её хозяйства, объединяющая регионы России. ТЭК — ещё и гарантия стабильности государства. Но в то же время это и уязвимое место нашей экономики, в том числе потому, что в её структуре ТЭК имеет гораздо большее значение, чем в развитых странах. Вы видите, какой большой объём бюджетных поступлений даёт топливно-энергетический комплекс. Поэтому вопрос, который мы сегодня с вами обсуждаем, имеет решающее значение для экономики нашей страны.

Если говорить об электроэнергетике, то она одна из самых сложных подсистем ТЭК. Нынешняя российская электроэнергетика отличается быстрым устареванием генерирующего и сетевого оборудования, малым привлечением новых мощностей, большими потерями электроэнергии, плохой надёжностью, скудными инвестициями. И в результате на собственные нужды и потери расходуется пятая часть всей произведённой электроэнергии. Причём три четверти мощностей наших электростанций введено ещё в советское время, и потому крайне остро стоит проблема износа сетевого хозяйства.

Лишь 4,5 процента — прирост выработки электроэнергии в нашей стране за 30 лет. В то же самое время в США рост потребления электроэнергии за эти годы составил 45 процентов. А что касается Китайской Народной Республики, то там этот показатель за эти годы вырос в 11,5 раза.

Гидроэнергетический потенциал рек России составляет 850 ТВт.ч, а среднегодовая выработка электроэнергии нашими гидроэлектростанциями — около 170 ТВт.ч. Это всего 20,7 процента. Такого отношения к использованию гидроэнергетического потенциала нет ни в одной более-менее развитой стране мира. В США и Канаде он использован на 68 и 75 процентов соответственно, в Бразилии — на 94, на 80 процентов — в странах Западной Европы, а в Норвегии, которая и без того хорошо обеспечена углеводородным сырьём, — на 96 процентов.

Важный показатель — использование энергетических мощностей. На 1 января прошлого года установленная мощность у нас составляла 245313 мегаватт. А коэффициент её использования — 50,04 процента. Как видим, стимула для развития электроэнергетики государство не даёт.

Ещё крайне важно, как наша экономика использует даже этот относительно небольшой потенциал. Для сравнения: Великобритания за счёт развития технологий энергосбережения за последние годы траты электроэнергии на единицу ВВП снизила на 63 процента, Германия и Канада — на 69, Франция — на 51 процент, Япония — на 46, Италия — почти на 40, а вот Россия — лишь на 13,3 процента.

В нашей стране необходимо начать строительство крупных ГЭС, прежде всего в Сибири и на Дальнем Востоке. Об этом говорилось в Послании президента ещё в 2013 году. Как выполнена задача? Да ни на грош.

Принципиальные причины того, что у нас сегодня происходят в ТЭК, давно понятны. В нашей Конституции записано, что в ведении Российской Федерации находятся федеральные энергетические системы — ядерная энергетика, расщепляющие материалы, федеральный транспорт и т.д. На деле же в 2009 году единый государственный орган управления энергетикой был разрушен, на его базе была зарегистрирована группа независимых генерирующих компаний. Доля иностранного капитала в энергетике составила 30 процентов. Большие доли самых мощных и эффективных наших электростанций — Братской, Усть-Илимской, Красноярской — во многом принадлежат иностранным компаниям, учреждённым правительством США. Владельцам практически переданы в бесплатное пользование плотины гидроэлектростанций, которые строила вся страна. В компаниях ТЭК половину, а порой и больше мест в советах директоров занимают иностранцы. А кто, спрашивается, в частных компаниях, имея лишь свои интересы, со всех ног бросится выполнять утверждённые в России государственные концепции, стратегии и доктрины?

Атомная энергетика России установила в прошлом году рекорд по выработке электроэнергии — более 222 миллиардов киловатт-часов. А теперь давайте сравним его с новым рекордом экспорта электроэнергии в прошлом году, который достиг 25 миллиардов киловатт-часов. Рост выработки электроэнергии — 3 процента, а экспорта — 219 процентов. Возникает вопрос: на кого работаем? Правда, теперь этот вопрос уже можно ставить в прошедшем времени.

В нашей атомной энергетике, быстрое развитие которой могло бы решить вопросы эффективного электрообеспечения многих наших регионов, слаборазвитая машиностроительная база не позволяет вводить более 1—2 энергоблоков в год. При этом большая часть производственных и строительных мощностей занята выполнением зарубежных заказов. Эксплуатационники вынуждены продлевать сроки для выработавшего нормативы оборудования.

В 2020 году на возобновляемую энергетику в мире пришлось 90 процентов прироста всех генерирующих мощностей. По данным системного оператора, в общем балансе доля ветровой и солнечной энергии в России составляет 0,15 процента. В прошлом году введено 1400 мегаватт солнечных и ветровых электростанций, что составляет от общей установленной мощности 0,56 процента. И это в нашей большой холодной стране, где просто экономически невыгодно тянуть по её бескрайним просторам сотни километров проводов.

В России объём производства энергетических ресурсов из добытого сырья устойчиво превышает внутреннее потребление. По нефти — в 4,9 раза, по газу — в 1,5, по углю — в 1,8 раза. На сегодняшний день коэффициент извлечения нефти при добыче составляет 35 процентов, что ниже среднемировых показателей. Переработка попутного газа, извлечение газового конденсата — также ниже мировых величин. И мы должны учитывать, что в районах нового освоения нефтегазовых и угольных ресурсов — это прежде всего Восточная Сибирь и Дальний Восток — для организации добычи необходимо инновационное развитие транспортной, энергетической структуры. Кроме того, за последнее десятилетие не произошло коренных изменений в технологии нефтепереработки. Глубина переработки остаётся на низком уровне в 72 процента. Ещё в 2007 году была утверждена государственная программа по выполнению технических регламентов, но из-за экономического кризиса она была отложена и потом благополучно забыта.

В последнее время много говорилось об увеличении экспорта углеводородов и энергоресурсов и даже установлении на этом поприще новых рекордов. А мы что, этому должны радоваться? Чего тогда стоят призывы к импортозамещению, соскакиванию с углеводородной иглы, удвоению ВВП и созданию 10 миллионов высокотехнологичных рабочих мест? Ведь распоряжения президента выполняются с точностью до наоборот. Например, в декабре 2020 года он заявил о необходимости увеличения внутренней переработки газа. Вместо этого у нас рост его экспорта.

Мы продолжаем оставаться страной, доля населения которой в мире 2 процента, а доля экспорта минеральных ресурсов 40 процентов. При этом у нас низкий уровень инвестиций в геологоразведочные работы, из-за чего с 2008 года динамика разведки новых месторождений падает.

Сейчас по сравнению с 1990 годом у нас в два раза снизилась доля разведданных месторождений углеводородов. Мы вырабатываем то, что разведали в советское время.

В последние десятилетия возник и нарастает дисбаланс размещения центров производства и потребления энергетических ресурсов, из-за чего постоянно растёт объём наиболее дорогих сухопутных перевозок. Всё большая концентрация экономического роста и потребления — в центральных районах европейской части России. В то же время увеличение добычи и производство энергоресурсов в северных и восточных районах страны составляет уже 80 процентов от общего прироста. Всё это, а также отсутствие внятной государственной политики в области энерготарифов привело к тому, что с 1999 по 2018 год цены выросли в 6 раз, а цена, по которой покупают электроэнергию промышленные предприятия, увеличилась в 10 раз. Стоимость электроэнергии для населения — более чем в 15 раз.

Эти и многие другие проблемы можно было бы избежать, если бы в стране существовали реальные долгосрочные, среднесрочные и краткосрочные плановые документы с механизмами их исполнения. Ни в Стратегии национальной безо-пасности, ни в доктрине энергетической безопасности экспортно-сырьевая модель в качестве стратегической угрозы для экономики не упоминается.

Опыт СССР и зарубежных стран, добившихся наилучших результатов, показывает, что без главенствующей роли государства развитие в топливно-энергетическом комплексе невозможно. И так уже потеряны десятилетия. Необходимы радикальные изменения нынешней экономической модели: национализация, мобилизация и новая индустриализация. Надо создавать новую реальность.

Вспомнить опыт СССР

Виктор КАТКОВ, заслуженный работник энергетики Российской Федерации:

— Здесь уже называли много цифр, поэтому я остановлюсь только на двух. Первая — 30 процентов. Это показатель отставания темпов роста экономики России от среднемировых за последние три десятка лет. И вторая цифра — 5. Во столько раз все эти годы наши темпы роста производства электроэнергии остаются ниже мировых. То есть по обоим направлениям у нас идёт не развитие, а деградация. Всё это показывает уровень профессионализма нашего правительства.

Прежде чем что-то реформировать, нужно знать законы жизнедеятельности общества. Нельзя разрывать энергетику на части, как нельзя разделить части тела так, чтобы отдельно работала рука, отдельно нога и т.д. Вот мы сегодня и видим горькие плоды подобного реформирования.

Поэтому фракции КПРФ, Государственной думе надо сегодня вместе с нашими отраслевыми учёными разрабатывать и устанавливать основные принципы и положения энергетической политики. Без этого фундамента ни о каком реформировании речи быть не может.

Сегодня есть колоссальный опыт Китая, Франции, Норвегии, США и многих других стран, где понимают, что энергетика — это фундамент общества и его стабильности. Но самый главный здесь опыт — это опыт Советского Союза. И ничего лучшего в управлении отраслью, чем советское Министерство энергетики и электрификации, не было нигде. Это эталон. Мне посчастливилось работать в той системе. Все вопросы отраслевой науки, проектирования, строительства, эксплуатации и ремонта решались тогда внутри министерства. По объёму капитальных вложений наше министерство занимало второе место в Советском Союзе.

В обращении участников ХIХ Московского международного энергетического форума, прошедшего в прошлом году в Москве, говорится, что российская экономическая модель нуждается в гигантских и фундаментальных изменениях, что стране нужна совершенно новая экономическая система.

Убеждён, что главная задача новой экономической модели — возрождение творчески активного человека как ключевого участника развития инновационной экономики. Поэтому нужно думать ещё и о мотивации его труда.

Вместо плана — одни прогнозы

Георгий КУТОВОЙ, заместитель председателя комитета Торгово-промышленной палаты РФ по развитию ТЭК:

— Вот мы сегодня ратуем за планирование развития энергетики. У нас же сегодня одни прогнозы вместо плана. А прогноз могу сделать и я, и вы, и Академия наук… Но, извиняюсь, Государственная дума должна утверждать не прогнозы, а всё-таки планы.

Однако кто их будет выполнять, если каждый хозяйствующий субъект сейчас самостоятелен? Мы в электроэнергетике имеем более 2 тысяч субъектов деятельности. И все они нацелены на получение прибыли за счёт потребителя. И как они будут выполнять план, который мы навяжем им каким-то документом?

В рыночной экономике работают не планы, а мотивация. Вот если бы мы снабдили план целым комплектом мотивировочных документов. Допустим, спрогнозировали какой-то для себя рубеж, благословили его и утвердили целым пакетом документов. А если таких документов нет, то не с кого и спрашивать.

Чем оборачивается попытка применить план для развития электроэнергетики? А тем, что сегодня 60 гигаватт мощностей мы построили лишних. Но наша экономика не работает, потому она их и не потребляет.

Резервы, которые накоплены в нашей энергетике, настолько обременительны для реального сектора экономики, что мы изымаем ежегодно оттуда около триллиона рублей. А если бы этот триллион направить на развитие энергоэффективности, то был бы совсем другой результат.

Помню, в этом здании, где в советское время был Госплан, мы планировали развитие энергетики Советского Союза. И меньше 12—14 процентов роста в год не предусматривали. А что сегодня? Всего-навсего 4 процента.

Словом, мощности электроэнергетика вводит, а чем их загружать, мало кого волнует. Вот и заставляют потребителя повышением тарифов на электроэнергию оплачивать содержание простаивающих мощностей.

По сравнению с 1990 годом экспорт электроэнергии у нас упал в два раза. Он сегодня составляет 20 с лишним миллиардов киловатт-часов, а раньше мы экспортировали 44 миллиарда. И вот эта недогруженность энергетического комплекса бременем высоких тарифов лежит на нашем потребителе. Созданная в стране структура оборота электроэнергии в виде оптового и розничного рынков очень неэффективна. У нас здесь конкуренции, как таковой, практически нет.

Тепловые электростанции поставили в такие условия, которые в первую очередь невыгодны для потребителя. И поэтому он вынужден переходить на свои котельные. На 40 процентов в целом по стране — перерасход топлива. И всё из-за того, что неправильно сформулировали стоимость электрической и тепловой электроэнергии ТЭС.

Ещё раз подчеркну: если мы не перейдём от безответственного прогноза к мотивированному планированию, индикативному планированию, то так и будем всё время ахать, как нам плохо, как мы отстаём… Российское энергетическое машиностроение сегодня уже не может конкурировать на рынке поставок оборудования для наших электростанций. 80 процентов этого оборудования — импортное. Так вот, учитывая сегодняшнее экономическое положение России, опутанной всякого рода санкционными ограничениями, у нас с этими 80 процентами какая перспектива? Если мы будем и так дальше развиваться, то наша энергомашиностроительная промышленность готова будет выпускать только запчасти для старых электростанций.

Чиновники проблему не видят

Роман ЛЯБИХОВ, первый заместитель председателя комитета Госдумы по строительству и жилищно-коммунальному хозяйству:

— В США рассматривают вопрос о поставке на Украину истребителей F-16. А ведь, как известно, зарубежные самолёты делаются из алюминия, который производится в России. Владеет этими заводами господин Дерипаска.

Казалось бы, какое отношение всё это имеет к энергетике? А вот какое. В атомных и тепловых станциях для подготовки воды используется глинозём. Это то сырьё, которое сейчас поставляет монопольный поставщик — компания «РУСАЛ», которой заправляет всё тот же олигарх Дерипаска.

Сегодня в России используется 8 миллионов тонн глинозёма, из них только 3 миллиона производится непосредственно в России. Остальные завозим, в том числе и из Австралии, которая внесена в список недружественных нам стран.

И в этой ситуации наши атомные станции, наши теплоэлектроцентрали завтра могут остаться без воды. Есть риск лишиться этого сырья для подготовки воды и у наших водоканалов. И это может произойти уже в начале апреля, когда запасы закончатся, а Дерипаске негде будет взять это сырьё. Сам он его за последние 20 лет так и не научился производить, ему проще было покупать на Западе.

Поэтому здесь обязательно нужна законодательная инициатива, чтобы защитить потребителей глинозёма внутри страны. В этом документе необходимо определить необходимый его объём, гарантировать поставку этого сырья предприятиям и зафиксировать цену на него. Иначе нас ждёт коллапс. В энергетической сфере — в первую очередь.

Кстати, я сегодня задал этот вопрос вице-премьеру правительства РФ по энергетике господину Новаку. Он в существовании такой проблемы засомневался, а его помощники ответили, что её вообще не существует. Думаю, что они о ней узнают довольно скоро.

Ещё одна проблема — это сброс гидроэлектростанциями воды, неконтролируемый её сброс. Короче, что происходит? К примеру, река Волга. На ней стоят восемь ГЭС и периоди-чески сбрасывают воду, подмывая берега. В итоге земельные участки и жителей, и предприятий могут оказаться завтра в воде. Вот в Ярославской области дважды в 2020—2021 годах было затопление Рыбинска и набережной Ярославля.

Словом, здесь тоже нужна наша законодательная инициатива, для того чтобы энергетики на региональном уровне обязательно обсуждали и согласовывали свои действия с местным правительством. Сегодня, увы, этого не происходит.

Сергей МАМАЕВ, руководитель фракции КПРФ в Законодательном собрании Кировской области:

— В нашем регионе выросла цена не только на бензин и солярку. Кировская область лишь на 46 процентов газифицирована. До сих пор у нас в районах на промышленных предприятиях и в ЖКХ используются мазут, уголь, дрова, торф. И рост цен на эти виды топлива значительный. В итоге в районах закрываются производства, а жители вынуждены платить астрономические суммы за отопление, воду и электроэнергию. Например, в Советском районе в этом году пенсионеры платили за отопление и холодную воду 12 тысяч рублей в месяц. Как им выживать в таких условиях?

Бывшее руководство кировского «Газпрома» и областное правительство провалили газификацию региона. Кстати, ко мне поступили десятки жалоб на вымогательство взяток у предпринимателей. Направил по этому поводу запросы в ФСБ, Следственный комитет РФ. В итоге руководитель кировского отделения «Газпрома» Сергей Камеко и ряд его коллег за получение взяток в особо крупном размере были арестованы.

Отмечу, что в сфере ТЭК региона есть серьёзные проблемы, которые губернатор Игорь Васильев и его правительство определённо не решат.

РЕКОМЕНДАЦИИ,

принятые участниками парламентских слушаний и направленные в органы высшей исполнительной и представительной властей страны:

1. Необходимо воссоздание эффективной структуры министерства энергетики РФ.

2. Создать плановый орган государственной власти, который бы (применительно к ТЭК) скоординировал на основе долгосрочного, среднесрочного и краткосрочного планов все цели, задачи и программы развития с учётом:

территориального размещения производительных сил;

скоординированности производства и потребления;

опережающих научных разработок;

задач инновационного развития;

установления объективных и оптимальных тарифов и цен;

опережающего развития инфраструктуры, в том числе транспортной;

координации геологоразведочных работ;

координации долгосрочного финансирования и кредитования государственных программ;

обновления основных фондов;

жилищной и социальной политики в регионах;

подготовки кадров;

внешнеэкономической политики государства.

Все отраслевые министерства, отвечающие за выполнение утверждённых планов, должны получить полномочия контроля и управления достижением этих планов.

Кроме того, учитывая назревшие проблемы, необходимо разработать и принять:

Экологический кодекс РФ;

Федеральный закон «О вахтовом методе», так как в современных условиях это единственный способ решения задач в труднодоступных районах.


Источник: КПРФ

Ещё новости

Читать все новости

 

Ели Вы хотите направить обращение к депутату как частное лицо или представитель компании, не связанной со СМИ, воспользуйтесь, пожалуйста, специальной формой, размещенной на сайте.